Интервью с Нажотом Муратовым, первым заместителем государственного учреждения «O‘zbekiston MTRK teleradiomarkazi» и директором Ташкентского телецентра о карьере, модернизации телевидения и воспитании телевизионных кадров в Узбекистане.
Родители, школа
– Когда и где в какой семье Вы выросли? Чем занимались ваши родители?
Я родился в Ташкенте, 12 января 1967 года, в семье медика и химика. Отец работал терапевтом в туберкулёзной городской больнице. А мама, хотя и окончила Китайский государственный университет по специальности «химик-технолог», но не смогла устроиться по профессии и устроилась в детский сад.
– Какие воспоминания остались у вас о детстве?
Счастливое детство, это семья, где тебя любят тебя, где папа, мама, бабушки или дедушки играют с тобой, устраивают праздники, рассказывают сказки на ночь. У меня было по-настоящему счастливое детство, в это время я чувствовал себя любимым и защищенным, окружен был заботой и вниманием со стороны родителей, отец много времени уделял нам, детям: мы часто гуляли всей семьёй по паркам, играли. Остались самые тёплые и светлые воспоминания.
– В какой школе вы учились — узбекской или русской?
В 1974 году я пошёл в первый класс обычной узбекской общеобразовательной школы. Специализации у школы не было, но я считаю, что получил отличное образование. Преподаватели были настоящими профессионалами своего дела, которые умели увлечь предметом и заинтересовать. В итоге я окончил школу с серебряной медалью — в то время это было очень почётно.
– Какие предметы вам нравились больше всего?
Больше всего мне были интересны история и естественные науки — физика, география, черчение. С ранних лет меня привлекала техника и всё, что с ней связано. Наш преподаватель по физики всегда после уроков проводила для тех кто интересуется техникой дополнительные практические занятия где мы могли применить теоретические знания уже в реальности. Первые схемы приемников, первые светомузыки мы собрали в лаборатории нашего кабинета физики.
Пять детей — пять медалистов
– Кроме вас, в семье были ещё дети?
Да, нас в семье пятеро — младший брат и три сестры. Причём все мы окончили школу с медалями.
– Пять детей и все медалисты — это редкость!
Отец и мама придавали огромное значение образованию. Они строго настаивали на том, чтобы мы учились на отлично. Для них это было принципиально. Так как они были образованными людьми от нас требования к знаниям тоже были на этом уровне. Книги для них были на первом месте и они всё прилагали чтобы у нас к ним были такие же отношения. Чтобы они были первыми нашими друзьями.
– В Центральной Азии принято, чтобы старшие дети помогали младшим. У вас тоже так было?
Да, это как раз про нашу семью. Мы все возвращались из школы и помогали друг другу, кто чем мог и кто был на той или иной предмет сильным. Я, например, занимался с младшими по математике, физике, географии, черчению и русскому языку. Старшая сестра помогала по литературе, истории и родному языку. У меня тогда хорошо получался русский — я участвовал в районных и городских олимпиадах. Поэтому ещё и русскому и английскому обучал младшего брата и сестёр. У нас в семье было настоящее взаимопонимание, дружеские отношения. Не просто «брат-сестра», а настоящая дружба.
– Пять детей — это большая нагрузка. Родители успевали помогать вам с уроками?
Да. Отец помогал мне в первых классах по математике, а мама — по родному языку. Но они находили время для каждого из нас, слово «у меня нет времени» отсутствовала у них в лексиконе. Они уже в фундаменте закладывали в нас знания не для оценок а чтобы мы могли воспользоваться этими знаниями в жизни.
– Ваша мама окончила химфак китайского университета. Как это стало возможно в те годы?
Мама родилась в Китае, в городе Кульджа. Её родители оказались там после 1917 года, когда начались репрессии и раскулачивание — они бежали. Она окончила университет в Китае с красным дипломом.
– Почему семья вернулась в Советский Союз?
Точных деталей я не знаю, но они вернулись в 1961 году и начали жить и работать в Ташкенте.
– В Китае всегда серьёзное отношение к образованию. Отразилось ли это на вашей маме?
У неё был девиз: «Если человек не берёт книгу в руки — он отсталый». Она обожает читать, она очень сильная женщина. Даже сейчас, если есть возможность, продолжает читать. Она и в нас разбудила любовь к книгам. Будучи в Москве в 1991 году я купил книгу Марио Пьюзо «Крестный отец», не поверите но я прочёл его за трое суток.
– Какого она года рождения?
1940 года.
– Пять детей — это ещё и финансовая нагрузка. Как справлялись родители? Подрабатывали ли вы в детстве?
Конечно. После восьмого класса я начал подрабатывать — сначала грузчиком на складах, потом сторожем, но со временем ремонтировал кассетные магнитофоны, радиоприемники. Мы все старались помогать. Но отец зарабатывал неплохо и всегда говорил: «Твоя задача — учиться, а не зарабатывать», и настаивал, чтобы мы больше времени тратили на учёбу и проводили время за книгами.
– Как сложилась судьба ваших брата и сестёр?
Старшая и средняя сестры окончили Ташкентский медицинский институт, обе стали акушерами-гинекологами. Младшая сестра не получила высшего образования, но прошла терапевтические курсы. Брат поступил в Ташкентский политехнический институт и выбрал направление «компьютерная графика».
Путь в профессию: от радиокружка и армии до Ташкентского телецентра
– Куда вы пошли после школы?
В 1984 году я поступил на факультет радио и телевидения Ташкентского электротехнического института связи. Но уже после первого курса меня призвали в армию. После двух лет службы я продолжил обучение на том же факультете и получил диплом в 1991 году.
– Серебряная медаль тогда давала возможность поступить в любой вуз. Почему выбрали именно этот институт?
С детства меня тянуло к технике, особенно к телевизионной и электронной. В школе я посещал радиокружок — это и определило выбор профессии.
– Где проходили службу в армии?
Служил в Узбекистане, в стройбате.
– В то время старались отправлять как можно дальше от дома, в том числе в Афганистан. Как получилось остаться?
Нам, студентам, разрешили закончить первый курс, а затем всех направили в стройбат. Весь наш призыв оказался в одной части. Нам действительно повезло — на фоне событий в Афганистане мы остались служить в Советском Союзе.
– Что вам больше всего нравилось в институте?
Больше всего меня увлекала кафедра телевидения и звукозаписи. Я занимался аудио и старался как можно чаще бывать в лаборатории телевидения, чтобы вникнуть во все тонкости — не только как чинить телевизоры, а как работает вся телевизионная система: от камер до видеомагнитофонов. Поэтому, когда подошло время практики, я сам попросился в Ташкентский телецентр, чтобы глубже понять профессию. В 1990 году мы проходили практику в цехе видеозаписи и монтажа в Республиканском телевизионном центре, тогда наше предприятие так называлась.
– Какие впечатления оставил первый визит на телевидение?
Сравнивать с учебой было бы некорректно: в институте преподавали по книгам 60-х годов, а техника на телевидении была совсем другой. Всё — от видеомагнитофонов до камер — оказалось современным и новым. Это было невероятно интересно. Мы знали теорию, а здесь смогли всё увидеть, потрогать и поработать на реальном оборудовании. После этого интерес к профессии стал ещё сильнее — я твёрдо решил, что хочу работать именно здесь.
От инженера видеомонтажа до директора Ташкентского телецентра: как опыт и знания определили карьеру в ТВ-индустрии Узбекистана
— Вы получили диплом в 1991 году. И что было дальше?
Я устроился в Ташкентский телецентр в июле, а уже в августе меня направили в Москву — во Всесоюзный институт повышения квалификации работников радио и телевидения. Программа длилась пять месяцев. Мы работали на ОРТ, РТР, бывали в Reuters. Один оператор из Узбекистана уговаривал меня остаться, но я вернулся домой — я был старшим сыном в семье, и должен быть рядом с родителями.
— Почему именно вас, вчерашнего выпускника, отправили в Москву на курсы повышения квалификации?
Думаю, мой наставник что-то во мне увидел. Именно он выступил с инициативой. После возвращения я начал внедрять те технологии, которые видел в Москве. Позже, когда мы обновили оборудование, смог применить эти знания на практике.
— Кто был вашим наставником?
Мирзахидов Мирсабир Мирзахидович. Он ушёл из жизни в 2018 году, но до конца оставался моим наставником. Позже стал моим советником. У него был колоссальный опыт работы с людьми и техникой.
— В конце того же года распался Советский Союз. Как это отразилось на вашей жизни?
Когда 28 декабря 1991 года официально объявили о распаде СССР, мы как раз были в Москве. Нас было 15 человек — по одному от каждой республики. Но Союз распался, и мы разъехались. Я вернулся в Ташкент. Но долгое время мы переписывались с коллегами уже других независимых государств. Советовались, менялись новостями но и просто дружили.
— С какой должности Вы начали в телецентре?
— Инженера видеомонтажа.
— Как развивалась карьера?
Уже в 1992 году меня назначили начальником смены цеха. В 2000 году — начальником службы подготовки и эфира информационных программ. В 2003 — главным инженером Ташкентского телецентра. На этой должности я проработал 10 лет, хотя обычно никто не задерживался более трёх. В 2013 году меня назначили директором Ташкентского телецентра.
— Во время курсов в Москве как раз запускался телеканал «Россия». Совершенно другое оборудование, подход, уровень. Как вы начали внедрять это в Узбекистане?
У нас были старые видеомагнитофоны «Кадр 3ПМ», «Кадр-103». Betacam и полудюймовые ленты появились только в 1993 году. Тогда я начал обучать коллег правильной работе с видеомагнитофонами, тайм-кодом, монтажными листами. До этого всё делалось «на глаз». А в Москве я видел, как работают профессионально, быстро, эффективно. Это я и стал внедрять у нас.
В 2000 году в течении месяца я был в Малайзии на курсах монтажа и постпродакшн, где участвовали представители 83 государств мира. Курсы проходили в IPTAR (Institut Penyiaran Tun Abdul Razak) на базе RTM телевидения Малайзии. На этих курсах был большой обмен информацией между слушателями из разных стран. Я был горд за то, что Узбекистан во многом превосходил по технической и технологической части некоторые развитые страны.
— Модернизация требует бюджета. Как удалось пробить финансирование?
Практика финансирования телевидения в других государствах — малоизвестный факт. Но наше государство действительно интересуется технологическим развитием, и средства на модернизацию выделяются. В 1993 году поступила техника формата Betacam SP. В 1998 году — цифровые камеры и безленточные монтажные системы, такие как Edition 7 от фирмы Sony и EditBox от Quantel. Всё оборудование мы вводили в эксплуатацию самостоятельно.
— Что стало первым масштабным этапом технического перевооружения в вашей практике?
Первое большое перевооружение в моей практике было в период с 1998 по 2008 годы, когда государство поэтапно профинансировало обновление технического парка Национальной телерадиокомпании. Интегратором проекта выступала немецкая компания. В первую очередь мы обновили телевизионные студии, парк камер ТЖК, монтажные комплексы, системы автоматической выдачи в эфир, спутниковое оборудование и передвижные телевизионные станции.
— Модернизация затронула только центральные объекты, или она коснулась и регионов?
Следующим этапом стало обновление Ташкентского дома радио и «Узбектелефильма». Затем очередь дошла и до региональных телерадиокомпаний. Не секрет, что раньше к регионам внимания было меньше, чем к центру. Но в рамках этого проекта мы провели полное обновление технического парка и в регионах — и сделали это на уровне столицы. Вы сами знаете: работать с новой техникой всегда приятно.
— Какие шаги предприняты в последние годы? Есть ли новые программы?
Руководство Национальной телерадиокомпании в начале 2025 года утвердило дорожную карту на 2025–2030 годы по реконструкции и обновлению технического парка всей системы НТРК. Первый этап этой программы начался со строительства нового шестиэтажного здания с несколькими студиями, монтажными аппаратными и офисами для новостного телерадиоканала «O’zbekiston 24». Он будет оснащён по последнему слову техники, включая использование систем с элементами искусственного интеллекта. Также запланирована закупка передвижной телевизионной станции формата Ultra HD с 24 камерами.
— Проекты реализовались без системного интегратора?
Да, он был, но и для нас было интересно самим участвовать в этом процессе, наши специалисты проявили инициативу. Мы работали круглосуточно, чтобы быстрее освоить и запустить технику. Молодёжь тогда была очень мотивирована.
— Как проходило обучение сотрудников?
В проекте обновления шли и обучения наших специалистов, единственным проблемным моментом был языковой барьер, так как интегратор был иностранным представителем всё было на английском языке, что и подтолкнуло наших специалистов на изучение английского языка. Сегодня многие наши специалисты владеют иностранными языками. Они сегодня могут сами обучать других, кстати практически во всех частных телеканалах в стране работают нашиспециалисты. Они стали главными инженерами и ведущими специалистами в новых структурах.
— Получается, телецентр стал кузницей кадров?
Да, хотя это немного советский штамп, но факт. И это продолжается до сегодняшних дней. Мы с гордостью можем отметит тот факт что в системе НТРК многие руководители бывшие наши инженера, и это нас радует.
— Быть главным инженером — это области техники и технологий. А директор — это уже управленческая и административная работа. Насколько сложно было перейти в новую область и на новый уровень?
Поначалу было тяжело, потому что как директор я отвечал за организацию работы персонала, контроль соблюдения трудовой дисциплины, мотивацию сотрудников и оценку их деятельности, отвечал за надлежащее состояние и использование технического оборудования телецентра, за его ремонт и модернизацию, за обеспечение безопасности и надежности работы оборудования. Я представлял телецентр на внешних мероприятиях, вёл переговоры с партнерами, обеспечивал взаимодействие с другими организациями. Пришлось изучать законы, кодексы, учиться управлению. Но я рад тому, что в это время моим большим советчиком в этом был мой наставник Мирсабир Мирзахидович. В 2006 году я поступил в Академию государственного и общественного строительства при президенте республики Узбекистан.
— Какую специальность выбрали?
Международные отношения. По окончания учёбы в течение одного месяца проходил практику в посольстве Узбекистана в Турции, по направлению консульское дело.
— Сколько вам тогда было лет?
39. Отличный возраст для обновления знаний.
— Как выстраивали отношения с властью? Ваша роль оставалась только административной или была политическая составляющая?
Как хозяйственный субъект у нас хорошие отношения с местными властями, в основном они идут нам навстречу, все вопросы решаются. Большие проблемные вопросы решаются на уровне председателя Национальной телерадиокомпании Узбекистана. Мы предоставляем технические услуги, техническую поддержку и сервис телерадиоканалам НТРК, так что работаем «за кадром».
— С 2013 года Вы остаетесь директором. Как удалось сохранять позицию так долго?
Думаю, благодаря трудолюбию, опыту, знаниям и навыкам.
— Что считаете своим главным профессиональным достижением?
Только одно — знание своей профессии на высшем уровне. В целом, «образование над собой» — это мощный инструмент для самосовершенствования и достижения поставленных целей. Это постоянный процесс, который требует усилий и настойчивости, но приносит значительные результаты в личностной и профессиональной жизни.
— Руководство большим предприятием требует полной отдачи. Как выкраиваете время для преподавания?
С 2009 года я тесно сотрудничаю с Ташкентским университетом информационных технологий имени Ал-Хоразми, где преподаю на факультете «Телевизионные технологии». Этот факультет готовит бакалавров для нашей компании. Каждый год мне как руководителю дипломных работ закрепляют нескольких выпускников. В этот период я вместе с ними продолжаю развиваться, чтобы уметь объяснить им темы их проектов. Для этого приходится перечитывать много профильной литературы, — чтобы не опозориться перед студентами.
Семья и личная жизнь
Семья и личная жизнь— Когда и как Вы познакомились с вашей супругой?
Мы с женой познакомились здесь, на телевидении. Она работала ассистентом режиссёра в телеканале. Увидели друг друга, понравились. Я сосватал — она согласилась. Это было в 2002 году. Сейчас у нас трое детей. Старший сын учится на четвёртом курсе стоматологического факультета Европейского медицинского университета (EMU). Дочка заканчивает первый курс в Ташкентском институте химии и технологии. А младшая дочка готовится поступать в Ташкентскую медицинскую академию.
— Ваши дети продолжают семейную традицию — медицина и химия?
Наверное, сказывается генетика.
— Чем увлекаетесь вне работы и семьи? Есть ли хобби?
Люблю ездить в горы, плавать, бегать. Времени немного — субботу мы тоже работаем, остаётся только воскресенье. В воскресенье можно прекрасно отдохнуть всей семьей дома. Этот день — полностью посвяшаю семье. Домашние дела, поездка на базар и общение с детьми, иногда я с сыном готовим вместе ужин на мангале.
Кроме этого в выходные и праздничные дни у нас многолюдно и шумно, потому что собирается четыре поколения, более 40 человек. Вот так и проходит моё время. Я надеюсь, что я даю детям хороший пример на будущее.
