ТКТ1957 поздравляет Егора Тягунова с днём рождения!

Карьера:

Окт. 2021 г. – настоящее время – директор по развитию бизнеса в регионе EMEA компаний Patton, Artel Video Systems и Sapec

Март 2018 г. – Окт. 2021 г. – директор по продажам в DEVA Broadcast
Март 2018 г. — октябрь 2021 г. — директор по продажам, SOUND4
Сентябрь 2015 г. — январь 2018 г. — менеджер по продажам, CEE/CIS, The Telos Alliance
Февр. 2013 г. — сентябрь 2015 г. — инженер полевых приложений, продажи и поддержка в CEE/CIS, Linear Acoustic — Omnia Audio, The Telos Alliance
Апр. 2008 г. — дек. 2014 г. — главный операционный директор, A-Music Ltd
Февр. 2002 г. — апрель 2008 г. — менеджер по продукту/бренду, A-Music Ltd
Ноябрь 1999 г. — февр. 2002 г. — менеджер по продажам, A-Music Ltd.

Сообщение 26 сентября — день рождения Егора Тягунова, Sapec, Patton Artel Video Systems появились сначала на TKT 1957 | Техника Кино и Телевидения.

Интервью с Айнур Жагипаровой, директором ТОО «Тракт Азия», Казахстан.

— В какой семье Вы родились, кто Ваши родители?

Про свою семью я всегда рассказываю с гордостью. Мой отец агроном, родом из Акмолинской области, а мама инженер-механик. Я сама окончила факультет международных отношений университета Қайнар.

Позже отец перешёл в строительный бизнес и участвовал в становлении нашей столицы Астаны.

Мама многие годы работала на казахском радио, а позже перешла работать в Евразийский национальный университет имени Л.Н. Гумилева в Астане.

В нашей семье с детства приучали к труду, мы с уважением относимся к любой профессии, поэтому благодаря родителям я определилась со своей будущей специальностью и очень её люблю.

— Как Вы учились в школе? Какие у Вас были увлечения?

Училась я в школе-гимназии №7 имени Гали Орманова в Астане. С детства любила приходить к маме на радио, где мне очень нравилась атмосфера творчества и, по сути, зародилась любовь к журналистике. Меня очень завораживали огоньки лампочек, большие магнитофоны, коробки с магнитными пленками, стук печатных машинок – компьютеров тогда не было. Особенно нравилась работа мамы – она работала звукорежиссёром, и я видела, как она склеивала ленты, делала кодировку текста, чистила звук, и в конце появлялась готовая радиопередача.

Впечатляла конструкция здания, где располагалось радио. Студия была построена по уникальной технологии «коробка в коробке», что обеспечивало абсолютную звукоизоляцию при звукозаписи. К сожалению, в последующем это здание было продано и стало ночным клубом.

На этом радио, несмотря на мой юный возраст, мне доверили вести детские радиопередачи. Хочется отметить, что в то время было плохо развито детское направление журналистики, но благодаря тому, что на каникулы я ездила в аул к бабушке с дедушкой, мой казахский язык был в совершенстве.

Увидев мой интерес, мама записала меня в кружок по журналистике и краеведению, и там на протяжении нескольких лет меня готовили как журналиста.

В 1997 году я участвовала в республиканском конкурсе и заняла первое место как детский диктор. В 1998 году, после переноса столицы в Акмолу, наша страна организовала большой международный фестиваль «Жас Астана жас — жеткіншіктер көзімен» для детей-журналистов со всего СНГ, на котором я представляла Республику Казахстан. К слову сказать, что позже моя работа была отмечена специалистами казахского радио, газеты «Ұлан», и они начали меня готовить и приглашать на детские передачи и программы.

Со временем я стала публиковать свои стихи в газетах и журналах, а позже писать научные труды. Уже до окончания школы у меня были три научные публикации по истории, краеведению и казахской литературе. Также часто выступала на телевидении и радио.

— Где Вы получили высшее образование?

Я училась в университете «Кайнар» по специальности «международные отношения». Моя специальность – это, по сути, профессия дипломата, но мне удалось совместить её со своим творческим призванием.

— Когда Вы начали интересоваться медиа?

После окончания университета я стала работать пресс-секретарем РГП «Казахавтодор» МтиК РК, которое занимается содержанием республиканских дорог, а также шести международных трасс.

В 2013 году я перешла работать исполнительным директором в продюсерский центр РУХ, специализирующийся на производстве телепередач и программ. За период с 2013 по 2018 год нашей компанией было выпущено больше ста документальных фильмов, 3,5 тысячи спецпроектов и ток-шоу для телеканалов «Казахстан», «Хабар», «Астана ТВ».

В 2018 году я была приглашена на должность директора ТОО «Qazaqstan Broadcasting», которая оказывает услуги по формированию и распространению сигналов, многокамерной видеосъёмки, организацией телемостов и т. д.

В 2020 году меня пригласили возглавить компанию «Тракт Азия» — представительство ЗАО «Трактъ» в Казахстане и Средней Азии.

ЗАО «Трактъ» — это крупнейший в Европе и СНГ системный интегратор полного цикла в сфере теле- и радиовещания, который с момента создания в 1991 году реализовал более 1000 проектов, среди которых ВГТРК «Россия» (радио «Маяк», «Голос России», «Вести FM») с филиалами в 85 регионах РФ, российский холдинг «Европейская медиагруппа» (радио «Европа плюс», «Ретро FM», «Спорт FM») и др.

С момента своего создания в 2017 году, «Тракт Азия» стала лидером региона по оснащению FM-радио оборудованием и уникальным программным обеспечением. Все крупнейшие радиокомпании страны и соседних государств являются нашими заказчиками, среди которых «Beu-FM», «Жулдыз-FM», «Аспан-FM», радио «Сити», «Люкс-ФМ», радио «НС», «Европа плюс», «Ретро FM», «Business FM», «Атырау-FM», «Azan» многие-многие другие. Особо отмечу, что доверие этих радиостанцией является показателем того, что мы действительно предлагаем только лучшие и надёжные решения, и благодаря этому буквально на днях мы подписали контракты на проектирование, поставку и монтаж трех крупнейших радио в Казахстане, Узбекистане и Кыргызстане.

Также мы являемся представителями производителей известных мировых брендов DHD, Sound4, AEQ, Yellowtec, Digispot, Deva, Panasonic и т. д.

В ближайшей перспективе перед нами стоит задача создания шоу-рума. Мы хотим стать на шаг ближе к нашим заказчикам, и неважно – это специалист с многолетним стажем или студент, мы хотим, чтобы люди могли пощупать руками и задать вопросы по софту и оборудованию. Уникальность проекта в том, что это будет самый большой постоянный демонстрационный зал в Казахстане и вообще в Средней Азии.

На этой площадке будут проводиться семинары и мастер-классы лучшими зарубежными специалистами, а также презентоваться не только наше оборудование для радио, но и телевизионное оборудование, софт, виртуальные студии, решения для стриминга, студийный свет, звук, служебная связь и многое другое, что нужно для продакшен-студий, подкастов и телестудий. Пользуясь случаем, приглашаю производителей и поставщиков к сотрудничеству. Данная площадка будет организована на базе старейшего учебного заведения Казахстана.

— Как родилась такая идея?

Идея возникла при общении с заказчиками. У нас ведь обычно получается, что в ежедневной суматохе люди не могу узнать все возможности оборудования и программного обеспечения. А когда спрашивают у своих технарей, те обычно говорят: «Не трогай — можешь испортить!»

Буквально на днях я вернулась из Европы, где побывала на заводах DHD, Sound4, AEQ, Deva Broadcast и договорилась о предоставлении демонстрационного оборудования.

— Какая у Вас жизнь вне работы? Какие Ваши хобби, основные увлечения?

У меня есть сын, я очень сильно хочу, чтобы он тоже преемственно работал в сфере радио и телевидения, вообще в журналистике. Он интересуется видеомонтажом, изучает софт, а также занимается робототехникой.

Я очень много путешествую и, наверное, в Казахстане не была только в трёх регионах, очень мечтаю посмотреть другие города и страны.

Также в Астане я сформировала пул журналистов из друзей и знакомых, которые работают в разных компаниях. Цель – повышение уровня журналистики. Это одарённая, талантливая молодежь, которая умеет грамотно излагать мысли, пишут стихи, играют на музыкальных инструментах. Мы собираемся на выходных и вместе выезжаем на природу. Для чего это нужно? Сама идея пришла из-за того, что у меня были очень хорошие менторы и учителя в своё время, и они прививали интерес к культуре, к тому, что поколение должно идти в правильном направлении, должны расти. И моя цель в этом коллективе сформировать здоровую команду из нашей казахстанской молодежи, чтобы мы могли друг друга поддерживать и общаться между собой. У нас есть друзья в разных странах, и мы планируем ездить к ним, обмениваться опытом, путешествовать, ну и в целом поддерживаем связь.

— Что Вы считаете своим главным достижением в Вашей жизни на данный момент?

Моё образование и хобби. Они совпадают, питаются из одного источника энергии, и я очень рада, что я могла своё образование применить в той сфере, в которой с детства живу.

Большим моим вкладом стало создание сообщества творческой молодежи Казахстана. Я до сих пор его курирую и могу передать будущему поколению те знания, те воспитательные методики, которые со мной проводили мои учителя. Для меня это очень важно. И при каждой встрече всегда идёт агитация касательно культуры, наследия, этнографических и литературных знаний, поддержка казахстанской молодежи.

В 2022 году в год защиты детей в Казахстане я запустила студию. Изначально она называлась TikTok, в последующем мы поменяли её специализацию на место проведения для фото- и видеосъёмок и подкастов. Студия 264 квадрата, находится она в здании университета Esil, назвали Esil Studio.

В студии проходил летний лагерь международной организации ЮНИСЕФ, обучали их, чтобы они могли стать блогерами и тиктокерами. И в последующем в этой студии пять республиканских телеканалов проводили различные съёмки, начиная от спецпроектов до съёмок для ток-шоу. Подростки 10-16 лет ежемесячно к нам приходят. И я начинаю формировать команду, которая заинтересована в сфере журналистики и краеведения.

Моя цель, чтобы каждый казахстанец знал свою территориальную зависимость, свой регион. Поэтому в студии есть большая карта-мозаика, чтобы любой ребенок от 10 лет знал, где находится Казахстан и какие территории сейчас граничат с нашей страной. Студия до сих пор функционирует, работает, сейчас можно в ней записывать подкасты, и она технически оснащена различными декорациями и реквизитом.

Сообщение Айнур Жагипарова: Контракты на три крупнейшие радиостанции в Казахстане, Узбекистане и Кыргызстане появились сначала на TKT 1957 | Техника Кино и Телевидения.

Карьера:

Окт. 2021 г. – настоящее время – директор по развитию бизнеса, EMEA, Artel Video Systems и Sapec

Март 2018 г. – Окт. 2021 г. – директор по продажам в DEVA Broadcast

Март 2018 г. – Окт. 2021 г. – директор по продажам в SOUND4

Сент. 2015 г. – Янв. 2018 г. – менеджер по продажам CEE/CIS в The Telos Alliance

Февр. 2013 г. – Сент. 2015 г. – Field Applications Engineer, CEE/CIS Sales & Support, Linear Acoustic в странах Центральной и Восточной Европы и СНГ – Omnia Audio

Апр. 2008 г. – Дек. 2014 г. – главный операционный директор в A-Music Ltd.

Февр. 2002 г. – Апр. 2008 г. — менеджер по продукту/бренду в A-Music Ltd.

Нояб. 1999 г. – Февр. 2002 г. – менеджер по продажам в A-Music Ltd.

Март 1999 г. – Нояб. 1999 г. – администратор локальной сети/инженер по информационным технологиям в Solos-M

Сент. 1998 г. – Март 1999 г. – менеджер по продажам в Alvis Plus

Окт. 1997 г. – Сент. 1998 г. – CTO/CIO в Data Communications Russian Edition Magazine

Нояб. 1994 г. – Авг. 1997 г. – ИТ-инженер/старший ИТ-инженер в Finnval Ltd.

Егор Тягунов, Artel Video Systems: Fortran я начал изучать в 13 лет

Сообщение Егор Тягунов начал сотрудничество с SAPEC появились сначала на TKT 1957 | Техника Кино и Телевидения.

Интервью с Егором Тягуновым, директором по развитию бизнеса Artel Video Systems в ЕМЕА.

 — Когда и в какой семье Вы родились?

Я родился в Москве в конце 70-х. Вырос на Байконуре, тогда он назывался Ленинск. Мама, выпускница МАИ (Московского авиационного института), работала на одном из комплексов космодрома. Папа, учившийся в МВТУ им. Баумана, трудился инженером дефектоскопистом топливозаправочных систем ракет-носителей «Союз» и «Энергия». Каждый рабочий день мотовоз в восемь утра забирал моих родителей на работу и привозил обратно к семи вечера. Обычное советское детство, родители на работе – ребенок в детском саду в Москве, потом в школе уже в Ленинске.

Школа

— Как учились в школе?

При родителях, которые находятся на пусковой площадке и накручивают очередную ракету, ты предоставлен сам себе. В продленке особого контроля нет. Если ты можешь убедить педагога, что все домашние задания выполнены за пять минут, оказываешься на чердаке или в подвале. Или идёшь гонять коров, гуляющих по берегу реки. Наша компания считалась опасной, притом, что какого-либо криминального хулиганства или ещё чего похуже мы себе не позволяли. Мы представляли опасность именно из-за своих инженерных наклонностей. Например, впоследствии один из моих друзей, получив соответствующее образование, стал капитаном инженерно-космических войск. Строил такие же пусковые площадки, как те, возле которых мы выросли.

— Какую опасность может создавать склонность к науке и технике?

Наш интерес к технике и химии в глазах окружающих окутывал нас флёром опасной шпаны, хотя на учёте в детской комнате милиции мы не состояли. Преподаватель химии – по совместительству наш классный руководитель, пускала нас в школьную химическую лабораторию. В библиотеке мы находили нужную информацию. Нас, шестиклассников, боялись ученики старших классов. Поразительно, к каким выводам может привести людей полёт их собственной фантазии.

— Как складывались отношения с остальными предметами?

Я не входил в число учеников, готовых долгие часы зубрить урок, чтобы получить хорошую оценку. Не любил математику, читать Достоевского и писать сочинения. Но вид преподавателя солидных габаритов с метровой линейкой наперевес вынуждал к хотя бы к минимальному прилежанию. И у меня не очень хорошо получалось с английским языком, возможно потому, что уроки проводились всего два раза в неделю. До сих пор не понимаю, откуда я его знаю. Самое лучшее, что запомнилось из школы это отношения с нашим классным руководителем – химию и биологию я знал на «отлично».

— Когда появился интерес к технике?

Наверно я с ним родился. Я ведь родом из династии инженеров, которую можно отследить с 1908 года. Прадед – кузнец, в те времена высшее, тем более инженерное образование было доступно единицам из простолюдинов. А следующее поколение по папиной и маминой линии – бабушки, сестры отца и матери – все работали на заводе им. Хруничева.

Разобрать и собрать – процесс, который сопровождает меня до сих пор. Замена экрана, ремонт айфона или айпада, сделанный на кухонном столе, обычное дело для меня.

— Школа на Байконуре не отличалась от обычной?

Отличались возможности. С 12 лет ходил в компьютерный кружок в местном филиале МАИ (Московского авиационного института). Там в нашем распоряжении находились учебные ПК типа Commodore, в школе — БК. Fortran я начал изучать в 13 лет. Усвоил понятие «машинное время» – филиал проводил вычислительные работы для пусковых площадок, мы вписывались в свободные от основных задач часы. Нам давали перфокарты, они чуть проще для чтения, чем перфолента. Здесь я получил хороший опыт работы на ЕС-1033.

— Эти занятия помогли изменить отношение окружающих?

Ничего не изменилось, потому что химические опыты и увлечение компьютерами существовали параллельно. В девятом классе педагогический совет школы, исчерпав все запасы своего терпения, сделал мне предложение – я как можно быстрее покидаю стены родной школы, взамен мне дадут характеристику, подходящую для зачисления в любой специализированный класс другого учебного заведения. Я перешел в  школу, где имелся класс с углубленным изучением химии. Учился в ней, вплоть до 11 класса. Потом мы с родителями вернулись в Москву.

— Как адаптировались к московской образовательной программе?

Когда я со своим байконурским багажом пришёл в обычную школу, оказалось, что у меня есть знание высшей математики (методы Гаусса и матриц), чему в московской школе не обучали.

Уроки биологии не посещал. А с учительницей химии мы заключили договор, о том, что я могу делать на уроке что угодно, только не спать. Она пыталась задать мне вопросы по теме из учебника, выяснилось, что я знаю больше неё. Больше вопросов мне не задавали.

Мои знания бейсика, фортрана, навыки работы на компьютере тоже очень помогли. На уроках информатики я практически занимался своими делами. Одноклассники задавали вопросы учителю или мне, ответ получали примерно равный по уровню компетентности. В принципе на большей части уроков я присутствовал в режиме «сиди и не мешай, пятёрка в аттестате у тебя уже есть».

Университет

— Какое из увлечений повлияло на выбор ВУЗа – химия или компьютеры?

Химия оказалась сильнее. Я поступил в Московский государственный университет тонкой технической технологии им. Ломоносова на факультет «Материалы электронной техники». Специальность наиболее близкая к тому, что сейчас называется высокими технологиями, к чему у меня лежала душа. В 90-х обучение по IT специальности шло либо строго через высшую математику (а я не был готов сидеть с логарифмами, корпеть над уравнениями Лагранжа-Бернулли и прочим), либо находилось в столь рудиментарном состоянии, что не вызывало у меня никакого интереса.

— Нравилось учиться?

В университете приходилось делать то же самое, что и в школе – сидеть на лекциях, делать домашние задания, заучивать бесконечное количество таблиц, всевозможных формул – то, что я не люблю больше всего. Но раз надо, значит надо. Если при устройстве на работу нужно показывать диплом, так тому и быть. Тогда ещё обращали внимание на то, что написано в твоём дипломе.

При этом я чётко понимал, если я хочу работать в сфере производства высокотехнологичной электроники, то придётся уезжать за границу. В Россию привозили готовые изделия, своё производство, такое как «Ангстрем» в Зеленограде появилось лишь несколько лет спустя. Новоиспеченные специалисты устраивались куда угодно и кем угодно, лишь бы это позволяло прокормить семью. Количество инженеров, пополнивших ряды торговцев на рынке, в их числе оказались и мои родители, просто ужасало. В конце 90-х и я пошел работать на рынок.

Первый заработок

— Когда это произошло впервые?

В 14 лет я продавал помидоры на рынке. Навык, как объяснить покупателю в двух словах, почему помидоры нужно купить именно у тебя, появился именно тогда. Когда мне захотелось приобрести магнитофон, я опять пошел торговать. За лето, проведённое у лотка с помидорами на Кунцевском рынке, я таки заработал на «Романтик».

Первая работа

— В студенческие годы история повторилась?

Мама заведовала одним из отделов в колледже геодезии и картографии. Предложила появившуюся вакансию в лаборатории вычислительной техники. В 17 лет я стал лаборантом с записью в трудовой книжке и окладом в 35 рублей. В лаборатории стояли мощные IBM-286 и IBMPC/AT. По времени меня никто не ограничивал, и я мог играть, копаться в компьютерах до семи-восьми вечера. Меню, состоящее из картошки с солью на ужин, и осознание, что до лежащих на полках комиссионных магазинов магнитофонов Sharp и JVC мне далеко – обстоятельства, слабо компенсирующие удовольствие от работы. Поэтому на вопрос «Не хотел бы я поработать в коммерческой фирме?» я ответил: «Да», совершенно не представляя, чем мне предстоит заниматься.

– Какую должность предложили?

Выездной системный администратор. Фирма создавала одну из первых баз данных лекарств в аптеках Москвы. Мы ездили «в поля» – находили аптеки, по модему подключали к базе «Медицина для вас». Выездные сисадмины (я и мой напарник) отвечали за работоспособность системы. С напарником мы дружим до сих пор. Он в свою очередь прошел Intel, Cisco, сейчас работает в Microsoft.

— Финансовое положение эта работа исправила?

Директор колледжа, когда я пришел к нему с заявлением об увольнении, услышав цифру моей зарплаты, молчал минут пять. Он не мог себе позволить удерживать меня потому, что предложенная зарплата в фирме в два раза превышала его должностной оклад. И хотя столь высокий доход не давался легко – целый день на ногах, передвигаясь по городу в метро или автобусах, мечты начали сбываться.

— Как случилось, что пришлось вернуться на рынок?

Мои друзья решили получить лицензию компании «The*McGraw-Hill*Companies» и издавать в России журнал «Data*Communication». Один из инвесторов – издательство «Зарубежная книга», изучив наш бизнес-план, выразил готовность выделить необходимую сумму. Считалось всё, размер выплат за лицензию, расходы начального этапа работы, зарплаты сотрудников на первое время. Грянул очередной кризис и доллар, стоивший вчера 6 рублей, стал стоить 28. Обещанная финансовая поддержка превратилась в пыль, а сотрудники остались без средств к существованию.

— Что предприняли?

Нас взяла под свое крыло компания «Альвис-плюс», специализирующаяся на продаже бытовой телевизионной и аудиотехники. Для редактора и корреспондентов нашлось место в офисе, техническому директору (т.е. мне) предложили два варианта: уволиться или занять вакансию продавца. И я отправился на Рижский рынок продавать радиотелефоны. Видя мой интерес к звуковому оборудованию, перевели на продажу домашних кинотеатров. Всего две торговые точки (одна из них моя) могли предложить покупателям DVD диски и «5.1» системы.

Вторая точка стала началом «Аудиомании», организовавшей свою торговую сеть весьма демократично – без больших офисов и магазинов. Я мёрз зимой в контейнере, наблюдая, как любители откладывать важные дела на потом, мечутся по рынку в поисках подарка своим близким 31 декабря. Научился «сворачивать» торговлю в доли секунды, потому что стоящий перед тобой человек может оказаться сотрудником милиции, и тебя ждёт поездка в отделение и штраф за незаконную торговлю.

— Сколько продержались в таких условиях?

Меньше года. Рынок это рынок, и нужно обладать определенной психологией, чтобы не спиться или не оставить на этом рынке здоровье.

— Куда ушли с рынка?

Один из друзей предложил вернуться к высоким технологиям, пойти сисадмином в готовящийся к открытию супермаркет. Представьте себе среднего размера «Пятерочку». В таком примерно масштабе я занимался созданием сети коммуникаций. А в дополнение и весами, приёмкой товара, наполнением базы данных. Кто сейчас поверит, что сисадмин сидит в окружении 25 ящиков «Кока-колы» и загружает информацию в компьютер. Молодым IT-специалистам, наверное, и невдомек, как сильно за последние 10-15 лет изменилось отношение к их профессии. Уходя с рынка и рассчитывая на более спокойный, упорядоченный режим работы, я ошибся, в супермаркете я опять оказался «на все руки». Поскольку к тому времени у меня уже давно был автомобиль, по дружески-семейным связям пришло предложение работы курьером. От меня требовалось отвозить коробки с товаром на Казанский вокзал и отправлять их с поездами.

— Гримаса того периода – курьер с высшим образованием.

Важно совсем не это. Приход в эту компанию кардинально изменил мою жизнь. Названия тогда у компании толком и не было, штат минимальный. Сфера деятельности – продажи звукового оборудования. Но и другой техники не чурались, продавали домашние кинотеатры и мобильные телефоны. Курьерская зарплата значительно превышала сисадминовскую, я именно там купил себе первую иномарку и мобильник. Главным оказалось то, что находилось в коробках – я отвозил на вокзал звуковое оборудование и музыкальные инструменты. Разумеется, стал интересоваться, что и для чего предназначено. До этого я занимался бытовым звуком, но здесь передо мной открылась совершенно другая вселенная.

— Как долго оставались курьером?

Недолгое время. Продал колонки Mackie SRM-450 ребятам в Екатеринбург и получил премию в сто долларов. Получив четверть своей тогдашней зарплаты за одну продажу, вдохновился и открыл себе интернет-магазин на одной из бесплатных площадок с CMS-системой. Загрузил сведения о самых популярных товарах из нашей компании, стал получать заказы, по 2-3 неделю. Даже настигающая иногда бессонница приносила прибыль, за один ночной разговор со звукорежиссером Хабаровского университета я собрал ему концертный зал полностью на JBL.

— Remote Production, удалённо собрали целый концертный зал?

Мы полностью переоснастили концертный зал. Сначала собрали аппарат, потом свет. Я заработал на этом заказе приличную сумму, и начал самостоятельный поиск потенциальных поставщиков, начал учиться продавать профессиональное звуковое оборудование.

Мне понадобилось время, чтобы приобрести опыт и начать работу с вещателями – сегмент, где аудиооборудование требуется постоянно. В моем списке клиентов появились первые радиостанции, программа «За стеклом» канала ТВ 6. Наша компания A-Music получила известность. Я осваивал направление дистрибьюции, искал бренды, не представленные на российском рынке. После нашей первой выставки «Музыка-Москва» новое направление стало активно расти.

— Как развивалась компания?

В 2001 году начали продажи микрофонов «Октава». Нашли контакты технического директора и на автобусе поехали в Тулу. На месте ознакомились с производством и самим продуктом, обсудили договор на поставку. Мы предполагали продавать до ста микрофонов «Октава» в год, это выглядело, конечно, смешно, но и этого тогда «Октаве» не предлагал в России никто.

Первая партия продукции пришла, по сути, в патронном ящике, с микрофонами, завёрнутыми в промасленную бумагу. Немного усилий и нашего давления и завод решился на более привлекательную упаковку, появились лакированные деревянные ящички и т. д. К 2004 году мы продавали 200-300 штук за квартал, оптом и в розницу.

— Они настолько качественно делали?

И сейчас делают, правда теперь дистрибьюцией занимается их собственное подразделение. А тогда мы начали показывать «Октаву» на выставках «Музыка-Москва», МТК, «НАТ Экспо», TRBE и прочих. Популярность объясняется тем, что эти микрофоны лучше остальных отвечали требованиям формата продакшн. О качестве говорят факты – во время гастролей в Москве оркестра Поля Мориа, французский звукорежиссер приобрел пачку «Октав 012». Мой друг Магнус из Норвегии, работающий сейчас в «NEP/Creative Technology Norway», тогда приезжал к нам в гости. Вдоволь погуляв по Москве, увозил с собой штук 25 наших «Октав».

— Интернет-магазин продолжал работать?

Направление дистрибьюции через интернет мы развивали вместе с Digilab Electronics, и его основателем Анатолием Сапуновым, одним из моих лучших друзей, Царствие ему Небесное. Они не обладали собственной площадкой для дистрибьюции. Мы сами передавали данные об ассортименте в интернет-магазины, работали с интеграторами и магазинами на местах – Магнитогорск, Чебоксары, Вологда и т. д. Тогда же я познакомился с Натальей Вычегжаниной из «ISPA-Инжиниринг», мы до сих пор периодически пересекаемся через «Перспективу». С Павлом Ляховым и Сергеем Теллиным я работаю до сих пор уже через другие компании.

— Как произошел переход в бродкастинг?

Никаких резких переходов – доля бродкаста постепенно увеличивалась и стала большой частью моей работы. В 2004-2005 годах строил радио «За облаками» в Кургане, радио «Курс» в Курске, «Булгар» в Уфе и так далее. За передатчиками и антеннами ездил на машине в Санкт-Петербург к Владимиру Вологжанину. Именно мне могли позвонить люди за советом и помощью по поиску необходимой техники, в основном звукового и светового оборудования не только для сценических площадок, но уже и вещательных студий. Примерно к 2012-2013 году объем броадкаста стал ещё одним серьёзным направлением с добавлением визуальной части.

Telos Alliance

— В своей компании по-прежнему оставались наёмным?

Да, но в 2007-2008 году я перешёл в совладение. В 2012 на выставке «НАТ Экспо» познакомился с Peter Passian из Telos. Мы стояли у стенда Digiton Systems, представлявшего процессор громкости AERO.lite, новый продукт от Telos. Процессор меня заинтересовал, и, как обычно в таких случаях, я стал задавать вопросы.

Уровень владения английским языком позволил немного побеседовать на общие темы. А две-три недели спустя мне предложили перейти на работу в рижское подразделение Telos и заняться развитием рынка телевизионного аудио на территории Центральной, Восточной Европы и России. После нескольких предварительных телефонных разговоров мне оплатили поездку в США на большое интервью. От того, что продолжал работать и в своей компании, я не сразу понял суть произошедшего.

Встреча с реальностью произошла в феврале 2013 года, когда мне сообщили, что я включен в списки сотрудников Telos и мне уже полагается зарплата.

— Как такое могло произойти?

В прежней компании я занимался реализацией сложных проектов. Полностью собрав аппарат и подготовив спецификацию, я отправлял её бывшим коллегам, а они реализовывали её по моему плану. Даже после моего ухода из компании в 2013, я помог им заработать энное количество миллионов.

— Почему нужно было переезжать в Ригу?

В Риге находится один из центров разработки Telos. Именно там были заложены основы стандарта АЕS67, и появился Livewire. Особенностью первой версии Livewire является NTP-синхронизация при передаче звука. А вторая Livewire+ работает как и АЕS67 по PTPv2. Там же появились первые IP-радиоконсоли и полноценные AoIP.

— С чего начался рижский этап жизни?

Из Америки я приехал в Санкт-Петербург на встречу с коллегами из Digiton Systems, далее на выставку в Киев. Там я познакомился со специалистами «Инноватора», «Инженер сервис», «КомТел». Встретил людей, которых знаю уже давно, например, Нико Льюиса из RTS-Bosch, с ним мы общаемся уже более 20 лет. Передо мной ставилась задача поднять продажи, я считаю, что мне удалось её решить. За относительно небольшой период добился того, что в стране для определённых задач покупалась только продукция Telos.

— Чувствуется, что живете за границей?

Найти отличие обычной Балтики от района Нижнего Новгорода невозможно. Такие же дома-человейники, магазинчики, заправки и пойди, угадай, где находишься – на улице Верхние поля или на Аспазиясбульварис. Причём на заправке с тобой разговаривают по-русски.

Я до сих пор не могу выучить латышский язык – видя перед собой русского, рижане переходят на русский. Не владеющие русским языком, конечно, могут говорить по-английски, что вообще тоже не проблема. Да и менталитет во многом остался неким миксом из европейско-славянского. Поэтому, когда я расстался с Telos, я не видел оснований для возвращения в Россию. У меня здесь своя квартира. Да и какая разница, где лежат мои вещи, если породу деятельности я чаще бываю в самолётах, чем дома. Работа перестала быть привязанной к определённому месту жительства или офису. Формат удалёнки прочно закрепился на рынке труда.

— Как и почему произошло прощание с Telos?

В 2018 году в компании наблюдался общий спад продаж, сократившийся бюджет не позволил содержать прежний объем человеческих ресурсов. Рижский офис сократили на 50%, в том числе и часть разработчиков, и офис-менеджера. Мне довольно быстро удалось открыть свою консалтинговую фирму, переоформить вид на жительство и начать двигаться дальше.

– Что происходило дальше?

Вместе с HannuPro довёл до завершения проект полного переоснащения Латвийского национального радио. Занялся правками в резюме, которого толком никогда и не составлял. Размещал на LinkedIn, Glassdoor и других подобных сайтах. Оповещал друзей, продолжавших работать у вендоров.

Пару месяцев я считал себя безработным, летал на собеседования. Помогли дружеские связи – бренд Sound4 являлся частью Telos около трех лет, там мы и познакомились. Telos ушёл, а я остался, и Sound4 обоснованно считали, что лучше работать со своим человеком. Они предложили мою кандидатуру своим партнёрам – компании DEVA Broadcast.

DEVA Broadcast

— Какую должность предложили?

Менеджер по продажам, как и в Telos. Принимая во внимание меньшее количество сотрудников в компании (их всего 30) в зоне моей ответственности оказалось почти всё восточное полушарие, от Японии и до Великобритании. Работа с Тихоокеанским регионом не предполагалась, но выяснилось, что с китайским потребителем могу работать только я, и «моя» территория значительно разрослась.

— DEVA Broadcast и Sound4 специализируются на разном оборудовании?

DEVA Broadcast — это в основном радийная специфика: оборудование для мониторинга, доставки, формирования композитного сигнала FM и метаданных. Sound4, прежде всего, фокусируется на обработке звука для вещания: голос, FM, HD, стриминг, кодирование звука для него, но это один альянс. Очень хороший опыт получил за эти годы и в целом благодарен своему руководству.

— А как собственная компания?

Она по-прежнему существует, это удобно. Мои работодатели заключают договор с фирмой, т. е. юридическим лицом, что существенно упрощает взаимодействие с налоговыми и таможенными органами на местах, меньше проблем с миграционным законодательством (нет нужды в получении разрешения на работу в стране работодателя). В целом, заключая договор с моей компанией, работодатель получает услуги равные представительским, так как во время действия соглашения я в основном занимаюсь только одним клиентом.

— Это требования клиента?

Данная форма сотрудничества, на мой взгляд, оптимальна для обеих сторон. КПД выше, если заниматься продвижением и поддержкой только одного бренда. Нет помех в виде конфликта интересов. Например, сейчас я работаю с Artel Video Systems. С их точки зрения я – аффилированное юридическое лицо в Евросоюзе. В контракте прописываются нюансы, которые имеет смысл учитывать при работе и с частным лицом. А на личном уровне ко мне относятся как к своему штатному сотруднику.

— Что считаете главным достижением в профессиональной карьере?

Из того, что я делал, самое яркое — присвоение звания «Лучший международный дилер» компании, с которой я работал практически с нулевого оборота.

Главное, что обращаясь ко мне, люди знают – я могу предложить наилучший вариант с желаемым соотношением «цена – возможность – качество».

— Что есть в жизни кроме работы?

Работа, особенно в доковидном графике, занимает львиную долю времени. Пока из хобби только электроника и изучение латышского языка. В Норвегии и Италии живут друзья, к которым часто езжу. Меня привлекает природа Скандинавии, её культура, и есть желание доучить ещё и норвежский язык. Хочу достроить свой дом на Рижском взморье, немного восточнее Юрмалы. Подобрать подходящее место во дворе, поставить наковальню, небольшой горн – металл, это то, чем я хочу заниматься на выходных.

Сообщение Егор Тягунов, Artel Video Systems: Fortran я начал изучать в 13 лет появились сначала на TKT 1957 | Техника Кино и Телевидения.